Часто ли я плаваю такие заплывы?

Наконец-то наступил день заплыва, вся подготовка позади, осталось самое интересное — проплыть 100 километров. Время старта сместилось на день раньше, из-за чего пришлось очень оперативно покупать питание на заплыв. Спасибо моей жене Насте за то, что она оперативно приготовила для меня питание.

Старт был запланирован на 00:00, чтобы плыть в темное время суток в самом начале, пока я полон сил. Мы приехали в Шлиссельбург, и там меня ждал приятный сюрприз, Юрий Арбузов приехал туда посреди ночи, чтобы подбодрить и проводить меня. Юра, спасибо тебе огромное! Мы с Настей загрузились на яхту сопровождения под названием «Жасмин», где нас встретил капитан Дмитрий и его помощница Юлия. Мы выдвинулись по Неве против течения, чтобы выйти в Ладожское озеро на точку старта. Было очень темно, виднелись только зелёные и красные огоньки на буях фарватера. Меня очень воодушевляли слова поддержки, которые приходили в чат моего канала. Заряженный этими эмоциями, я без колебаний прыгнул в темную Невскую воду и направился в сторону финиша. На яхте сопровождения была закреплена гирлянда, помогающая мне ориентироваться, но все равно, находясь в воде в тёмное время суток, не всегда было точно понятно, как движется судно, поэтому какое-то время мне пришлось подстраиваться под эти условия. Я понимал, что впереди еще очень много километров, а самое главное — Финский залив, в котором нет течения, а погодные условия могут подкинуть сюрприз. Поэтому я был сконцентрирован на том, чтобы прикладывать минимум усилий, пока плыву по течению Невы, стараясь при этом двигаться максимально технично, чтобы сохранять наилучшее скольжение. Первые 40 минут тянулись достаточно долго, так как была плохая видимость, но когда они истекли, мы притормозили для запланированного перекуса. Настя протянула мне с борта контейнер с гелем, примотанный скотчем к телескопической палке, и в этот момент я обратил внимание, что начинает светать, я уже чуть лучше мог различить контуры яхты и даже людей, которые меня сопровождали. Дальше время пошло быстрее, и чем ярче становилось, тем веселее было плыть. Виднелись очертания берега и появилась какая-то картина, которая менялась перед глазами, свидетельствуя о том, что мы действительно плывем вперед. И благодаря течению мы плыли достаточно быстро - мой темп варьировался от 6 до 11 минут на километр. Я постоянно был сконцентрирован на том, чтобы плыть технично и не прилагать лишних усилий, много думал о том, что меня ожидает впереди и как я буду с этим справляться. В голове звучала песня из рекламы, которую я услышал перед выездом на старт — «Квартиру сниму на «одном сайте».ру!»

Она так ко мне привязалась, что я напевал ее весь заплыв)

Поначалу все шло гладко, первые приключения начались в районе населённого пункта Отрадное, нам навстречу на полном ходу шел военный крейсер. Капитан "Жасмин" подал сигнал «человек в воде», тогда крейсер сбавил ход, но все равно он поднял такие волны, что еще минут 15 после встречи с ним нас очень сильно болтало, из-за этого на яхте летала посуда. Тем временем мы уже приближались к одному из самых непростых участков Невы — Ивановским Порогам. Там очень сильное течение, и нужно правильно пройти этот участок, чтобы не удариться о буи фарватера, капитану яхты тоже трудно задавать правильный курс в таких условиях, поэтому нам нужно было сработать максимально слаженно и точно. И вот, когда мы уже почти преодолели этот участок, мы увидели идущий нам навстречу сухогруз, из-за чего пришлось взять ближе к берегу, и все это в таких непростых условиях. Пройдя сухогруз, мы увидели, что сзади на нас идет круизный теплоход «Георгий Чичерин». И нам снова пришлось плыть ближе к берегу подальше от судового хода. Пройдя несколько поворотов Невы, появился Большой Обуховский мост, за которым наконец-то начинается Питер.

Я был очень рад оказаться в городе. Как приятно плыть и рассматривать его из воды. На пути был один из опасных участков трассы — это новый строящийся мост. По правилам заплыва его надо проходить, держась за трап яхты, так как там резко сужается открытая часть фарватера, течение увеличивается в несколько раз и пловца может затянуть под металлические конструкции. Его мы тоже успешно преодолели. Было очень круто встречать на набережных и мостах моих болельщиков, которые подбадривали меня всеми возможными способами, такая поддержка вдохновляла и придавала новых сил, хотелось наконец-то прибавить и начать грести мощнее. Кто-то просто махал и кричал заряжая энергией, кто-то нарисовал плакаты и пришел поболеть всей семьёй, были даже те, кто какое-то время бежали по набережной вместе со мной. Хотелось всех поблагодарить и каждому пожать руку. Городская часть пролетела достаточно быстро, и вот передо мной уже Финский залив — финальное, самое трудное испытание, для которого я берег силы.

Проплыв мимо Яхтенного моста, я добавил мощности в гребок и сразу засек время, чтобы понять, как я буду плыть без течения. План был работать с темпом 18 минут на километр, но получилось даже быстрее — первый отрезок я преодолел за 17 минут, это был уже 78 километр. Отлично, можно плыть даже помягче, однако именно в этот момент я почувствовал, что ветер, дующий в спину, начал усиливаться. Из-за этого сигнальный буй начал наматываться мне на руку после каждого гребка правой рукой. Так плыть было невозможно, поэтому я притормозил завязать узел на стропе буя, чтобы сделать его короче. Такой вариант немного помог — руки перестали путаться, но буй все равно сильно мешал, его стало постоянно накидывать мне на голову, что усложняло выход на вдох, который и так сложно было делать из-за усиливающихся волн. Ситуация продолжала усугубляться, волна была уже очень сильная, но меня это не смущало, ведь она была попутная, и я старался ловить ее так, чтобы меня эффективнее несло вперед. Посмотрев прогноз погоды, капитан понял, что этот шторм закончится примерно через 40 минут. Покрепче сжав штурвал Дмитрий сказал: «Плывем дальше!» Прогноз оказался достаточно точным, и поэтому спустя 40 минут шторм действительно начал стихать. Но проблема была в том, что за эти 40 минут я успел достаточно сильно устать и замёрзнуть, а мышцы начали остывыть, стали деревянными и вообще не позволяли нормально грести.

Естественно, при таком раскладе я даже не думал про темп 18 минут на километр, а пытался хоть как-нибудь двигаться вперед, пытаясь включить мышцы. На это потребовалось примерно 3–4 километра, после чего я немного ожил и начал плыть более-менее нормально. В этот момент начались первые проблемы с питанием — появилась легкая изжога. Следующие 8 километров прошли практически на автопилоте, так как я мало что помню из этого временного отрезка, запомнились только какие-то отрывки. Например, как нам навстречу на мотороке шел сам организатор моего заплыва — Дима Егоров. В этот день он лично сопровождал заплыв KotlinRace и возвращался в Питер из Кронштадта после успешного финиша. Он подплыл поздороваться, но я очень не хотел останавливаться, чтобы не нарушать рабочий ритм, в котором находился, поэтому просто помахал ему и продолжил грести дальше. Дима даже спросил мою команду сопровождения: «Он что, не рад меня видеть? Даже не хочет со мной пообщаться!» В режиме автопилота я плыл где-то до 90-го километра, в этот момент давление на мою нервную систему начало значительно усиливаться, поэтому я уже не мог его игнорировать.

Меня мучала очень сильная изжога вперемешку с икотой, от которой в груди образовывался ком, вызывающий очень неприятные болевые ощущения, из-за этого еда вообще не заходила. Всё, что я пытался есть, только усугубляло ситуацию, поэтому я почти перестал кушать, и организму явно не хватало питательных элементов, чтобы нормально функционировать. Гидрокостюм уже давно сильно натер подмышки, и это неприятное ощущение тоже постоянно давило на психику. Понимая, что впереди еще 10 километров, у меня в голове вертелась мысль: как же мне выдержать ведь моя скорость сильно упала, а финиш еще так нескоро. Чтобы как-то переварить всё это, я старался погрузиться в медитативное состояние и ни о чем не думать, просто грести. Но сильная изжога не давала поймать нужное состояние, постоянно выдергивая из него. Пару раз меня даже чуть не стошнило...

Где-то за 5 километров до финиша полностью стемнело, и течение времени очень замедлилось, что еще сильнее давило на психику. Настя периодически пыталась меня покормить, но я решительно отказывался от еды, так как настроился доплыть до Кронштадта без приемов пищи. Тем временем на финише уже собирались мои родственники, друзья, ученики и знакомые, все они хотели увидеть, как я наконец-то выйду на берег из темных волн Финского залива. Несмотря на то что это был поздний час, а завтра всем на работу, народу собралось очень много. Настя передавала мне их слова поддержки, и это мне очень помогало. Я уже визуализировал, как встречаюсь со всеми на финише, но, черт возьми, как же еще долго до этого момента, как мне дотерпеть? До берега оставалось около 3 километров, но время просто остановилось, из-за темноты вокруг создавалось впечатление, что я никуда не двигаюсь, просто болтаюсь где-то посреди Финского залива, а далеко впереди горели редкие огоньки. Было непонятно, куда именно нужно плыть, капитан задавал курс исключительно по навигационной карте, но здесь мои болельщики очень сильно нам помогли. Дима Ващилов подогнал на пирс свой мотоцикл и включил дальний свет, благодаря этому стало понятно, куда же нам нужно двигаться. Хотя, находясь в воде, я все равно толком ничего не видел, все фонари, видневшиеся на берегу, казались очень далекими. Последние километры длились вечность. Я пробовал разные способы уйти от накопившейся психологической и физической усталости, пробовал считать гребки и, ориентируясь на них, оценивал, сколько я проплыл и сколько примерно мне осталось, но все это не очень-то помогало, я все равно испытывал максимальное давление. И вот, я услышал какие-то крики, это были голоса людей, ожидавших меня на финише. Я понял, что осталось совсем чуть-чуть. Я наконец увидел очертания пирса, рядом с которым была финальная точка этого 100 -километрового заплыва, здесь я уже понял, что сделал это! И вот он, финальный рывок: впервые за сутки я снова встал на ноги, после пройденного пути они меня не слушались, кое-как я сделал последние шаги, коснулся берега.

Раздался громкий крик, все, кто приехали меня встречать, радовались тому, что я справился. Андрей Зотьев даже зажег сигнальный огонь. Сил совсем не осталось, но ребята просто подняли меня на руки и вытащили на берег, где помогли снять гидрокостюм. Я был очень рад всех видеть и очень благодарен за такую поддержку, хотя визуально это могло быть незаметно, ведь вид у меня был сильно ошарашенный. Дима Егоров тоже ждал меня на финише, чтобы торжественно вручить мне медаль и наградить крутыми призами от Grand Swim Series. На финише стояла машина скорой медицинской помощи, которая проверила, все ли со мной в порядке. Я зашел в машину, сотрудники скорой стали расспрашивать меня, про моё самочувствие, часто ли я плаваю такие заплывы и всегда ли мне так же плохо после подобных приключений. Измерили давление, взяли кровь на сахар, сделали ЭКГ и померили температуру.

Все показатели были в норме, врачи рекомендовали ехать домой и поспать, после чего отпустили. Дима провел церемонию награждения, которая сопровождалась салютом от Василия Кузьмичева. Я всех поблагодарил, и мой отец посадил меня в машину, где я сразу же уснул. Это приключение подошло к концу, все, что мне пришлось пережить, осталось позади, но эти ощущения и эмоции будут со мной всегда!

Многие меня спрашивают: «Что дальше? Поплывёшь какой-то еще более безумный заплыв?» Возможно, когда-нибудь поплыву, но на следующий сезон я решил поставить себе другую цель — преодолеть полужелезную триатлонную дистанцию за 4 часа 30 минут

Я уже два раза пробовал показать это время, но оба раза остановился на результате 5 часов. Так что в этом сезоне я постараюсь подготовиться получше и все-таки добиться поставленной цели. Если вам будет интересно следить за моей подготовкой к триатлону, напишите об этом, и тогда я буду делиться интересными моментами из моих тренировок. Спасибо всем, что были со мной во время заплыва и остаётесь сейчас!