Заплыв на Валааме изначально задумывался как тренировочный. Я готовился к Ла-Маншу и сознательно сдвигал дату ближе к сентябрю, чтобы выйти на пик формы. К этому моменту у меня уже были за плечами «13 мостов» (27 км) и Котлин (25 км), оба — в гидрокостюме. Но Ладога должна была быть честной: без гидрика, с холодом, как подготовка к Ла-Маншу.
Я прикинул силы — рассчитывал выйти из восьми часов, созвонился с Димой Егоровым, объяснил задачу и стал ждать «у моря погоды» и своих целевых +15–17 градусов.
Первый тревожный звоночек прозвучал, когда я увидел результаты предыдущих пловцов: люди, которые, по моим расчётам, должны были идти быстрее меня в гидрокостюмах, показывали 8 и даже 8+ часов. Второй звоночек растянулся на всё лето и назывался просто — «найди холодную воду». Плещеево озеро закрыло мою хладовую подготовку ещё в июне ночными заплывами. Онега на десятке радовала +18 и выше. Северодвинск, куда я рванул на выходные в надежде на северный холод, встретил +19…+22. К Валааму я подошёл выносливым, но с неприятным вопросом внутри: а к холоду-то я готов?
Чем ближе была дата, тем яснее становилось: Ладога не прощает иллюзий. Погоды не было, понимания — тоже. В какой-то момент стало ясно: ждать придётся на берегу. Я взял отгул, погрузил семью в машину и ранним утром выехал из Москвы в Сортавалу. Примерно тем же составом стартовал и мой тренер — Саша Калужский.
Заплыв планировался в окне 18–20 августа. По дороге мы постоянно были на связи с Ольгой из команды Димы Егорова — прогнозы держались на уровне «50 на 50». И только после очередных переговоров капитаны дали добро: 19 августа, к 14:00 — на старте.
Дальше всё шло по отработанному сценарию: закупка продуктов, подробный инструктаж для супруги, как меня кормить в процессе, разговор со вторым тренером — Сергеем Ленивкиным, его спокойное, точное напутствие. Пасмурно. Вода в шхере кажется терпимой. Капитаны обещают солнце. Мы грузимся на яхты и выходим к месту старта.
Я листаю сайты с температурой воды, морально настраиваюсь. С капитаном Владимиром ещё раз проговариваем детали. Супруга осваивает судовое оборудование. Всё готово. Осталось только одно — плыть.
Саша стартует первым. Мне — за ним. Схема простая: прыжок с яхты, метров тридцать до небольшого островка, выход на гранитный берег, сигнал — и вперёд.
Я ныряю. И в этот момент тело говорит всё за меня. Спазм на вдохе, мгновенно немеют ноги. Это не 15 градусов. Это сильно ниже. В голове грустная мысль: «Ну вот и всё… Приплыл, дружок».
Плыву к острову с чётким ощущением, что через 10–15 минут вернусь в лодку. Решаю просто: буду плыть, сколько смогу, а дальше — как Бог даст.
Команда «Старт!» — и я ухожу на дистанцию. По рекомендации тренера чередую: 40 гребков четырёхударным, 30 — двухударным. Пальцы перестают слушаться и не смыкаются, вода захватывается только ладонями и предплечьями. Конечности мёрзнут, а тело — держится. Нет дрожи.
Полчаса. Потом ещё полчаса до первого питания. Потом уговоры с самим собой: ещё немного. И ещё. И вдруг — будто кто-то повернул ручку: вода теплеет. Не сильно, но достаточно, чтобы внутри что-то щёлкнуло — живём.
С яхты говорят: за три часа — девять километров, осталось одиннадцать. Внутри поднимается упрямство: «Ладно. Поборемся».
Солнце быстро скатывается за горизонт. Ладога темнеет. Сумерки превращаются в ночь. На яхте зажигают фонарь, и теперь я плыву на пятно света. Ночное плавание — отдельный вид испытания. Контуры исчезают, ориентиры плывут, начинаешь вилять. Здесь всё держится на команде и на твоей способности слышать сигналы.
Опыт есть. Вдалеке появляются огни Валаама. Я держу темп, слышу голос супруги, команды капитана — и иду к острову. Проходит около двух часов, и с яхты дают сигнал: можно финишировать.
Свет выхватывает из темноты деревья и огромные валуны. Вылезать ночью из холодной воды на скользкие камни — удовольствие на любителя. Кричу в темноту: — Всёёё??!!! Ответа нет. Ещё раз. И только с третьего — долгожданное: — Всёёё! Плыви назад уже!
Возвращаюсь в воду — и тут накрывает. Ветер моментально выдувает остатки тепла, дрожь проходит по всему телу. Эти 30 метров до яхты помню смутно. На лестнице меня фактически поднимает капитан.
Дальше — забота. Жена отогревает всем, чем можно: чай, тёплые бутылки к ногам, плед, еда, контроль. Без неё этот финал был бы совсем другим.
7 часов 28 минут. Вода от 11 до 17 градусов. Тренировочный заплыв превратился в испытание. И именно поэтому он для меня так ценен.
Я благодарен своей супруге Ларисе — за терпение, понимание и поддержку. Тренерам — Сергею Ленивкину и Александру Калужскому. И, конечно, команде GrandSwim — Владимиру, Ольге и Диме Егорову.